Затяжная война, деградирующая экономика, идеологическая тупиковость формируют в уставшем российском обществе контуры нового консенсуса. Аналитика и оценки западных изданий и экспертов сходятся в одном: в России вызрел и уже протекает коренной перелом. Президент Путин и вся его деятельность у руля России стали восприниматься не как залог безопасности, а как тяжелая обуза для россиян и России.
Долгое время система путинизма держалась на довольно устойчивом общественном договоре. В 2022 году, начав вторжение в Украину, компромисс переформатировали: гражданам предложили жить вне войны, не выступая против нее. Тем, кто принял условия, от отчаяния или безразличия, режим обещал довоенный образ жизни. Но на пятом году бессмысленной бойни контракт был разорван.
Ныне маховик репрессий ударил по тем, кто пытался абстрагироваться. Ограничения вызвали уныние у лоялистов и оптимистично настроенных предпринимателей в РФ. Люди соглашались игнорировать войну лишь ради того, чтобы не стать мишенью, и теперь чувствуют себя преданными.
Смена настроений неразрывно связана с угасанием экономического оптимизма. На смену отчетам о росте военного времени, больше не означающем увеличения доходов рядовых россиян, пришла суровая реальность.
Повседневный квасной патриотизм перестал прославлять развитие, он свелся к выживанию – люди благодарны за то, что живы. Показательной стала встреча Путина по экономической тематике 15 апреля. Правительственные чиновники-экономисты обнаружили, каково это быть генералом в «СВО»: судя по мрачному тону главнокомандующего, отрицательный рост первых месяцев 2026 года равносилен реальному отступлению.
Фундаментальным фактором трансформации общественных настроений стало осознание того факта, что победа в войне невозможна, а само кровопролитие свело к минимуму преимущества страны. Истинными виновниками изменения настроений стали не спецслужбы или мятежные инфлюенсеры. Ключевую роль сыграла способность украинских вооруженных сил наносить сокрушительные удары по нефтеперерабатывающим заводам и хранилищам почти по всей территории России.
Ярким индикатором слабости стала подготовка к параду 9 мая. Если военный парад проводится тайно, без репетиций и с заглушенным интернетом, дабы спастись от боевых дронов, он транслирует лишь страх. Сталин, как пишут российские оппозиционеры говорил: «Победителей не судят». Но тех, кто не победил, судить можно, и общество начинает судить Путина.
Весь государственный аппарат, правительство, парламент, СМИ, церковь, по-прежнему пытаются скрыть катастрофическую ошибку 2022 года, но им это удается всё хуже. Элиты, вынужденно сплотившиеся ради выживания, с тревогой наблюдают, как неопределенность исхода войны вызывает трещины в фундаменте режима, и само здание рушится. Путин теряет свою магию.
Исследователи, изучающие закаты политических периодов, безошибочно узнают это труднопередаваемое ощущение угасания. Путинская власть еще не исчезла, но она перестала восприниматься как легитимная. Она превратилась в историческую обузу и просто обязана уступить место заре новой эпохи.
